Е. Егорова "Конечно, должны быть знаки"

Изучив два режима проживания жизни, человек решает, какой из режимов ему подойдет — и ставит на нем высокий приоритет. Теперь нужно понять, как это отразится на его повседневности. Если он выбирает режим приоритета видимой реальности (время-ориентированности), ему все ясно. Что вижу, то это и значит. Цивилизация, особенно западная, идет по этому пути давно. Он подкреплен, опять же западной, наукой, он привычен и понятен.

Но вот если человек захотел соединиться в своем пути со Вселенной (дао-ориентированность), ему придется пересмотреть многие свои взгляды и привычки.

Сначала он будет сбиваться с одного режима на другой: то все логично, линейно, пошагово, объяснимо, предсказуемо, просматриваемо — где он есть центр ситуации, решающий, выбирающий, анализирующий, делающий, исправляющий, ломающий, строящий, запрещающий, разрешающий, лгущий, наказывающий, боящийся, радующийся — в общем, он идет по своему жизненному пути сквозь пространство и время и формирует их (путь, пространство и время) по ходу движения.

То вдруг он попадает в какой-то как будто уже существующий мир, где вращаются какие-то процессы, то захватывая, то отпуская его, то проявляясь, то исчезая в его сознании — мир, где он не всегда может сделать то, что захочет, где ему приходится подстраиваться, натыкаться, извиняться, спрашивать — где он будто перескакивает с одной бегущей дорожки на другую, где мимо плывут знакомые и незнакомые лица, приглашая его сыграть в одной пьесе, которая перетекает в другую, а потом оказывается, что это вовсе не театр, а его жизнь…

Человеку становится не по себе, ему хочется проснуться — и он снова перескакивает в привычный линейный режим, где все понятно и предсказуемо. Но когда он начинает скучать без чудес и неожиданностей, когда пытается увидеть странные знаки — ему приходится переключать режим. Накапливается усталость от этих прыжков, и появляется своего рода защитный механизм (если только один из режимов не отключится навсегда) — человек раздваивается в своем сознании и видит, ощущает сразу оба режима: странным образом каждый из них находит свою частоту, нишу, свой уровень в его восприятии. Постепенно он учится фокусироваться по необходимости на одном или на другом, продолжая видеть оба. Этот прием кажется ему знакомым, и он понимает, что именно так работает его зрение. Только теперь эта способность расширяется и становится возможной для всего его сознания.

Попробуем рассмотреть это на примерах.

У вас есть любимая поляна в сосновом бору. Вы отдыхаете на ней и летом, и зимой. Вы читаете книги под красавицей-сосной, собираете грибы в ближайшем пространстве, готовите еду на костре и занимаетесь цигун в окружении величественных и молчаливых деревьев. Вы соглашаетесь с друзьями, которые посмеиваются над вашим постоянством и не видят ничего особенного в вашей поляне. Но про себя вы знаете, что место это особенное, что оно ваше, что здесь накапливаются ваши энергии и постепенно начинают происходить маленькие чудеса. И когда однажды, в замечательный зимний день, вы восторженно прокладываете снежный путь к своей поляне, мечтая, как обычно, прижаться к дереву и напитаться его силой и покоем, а прийдя на место, видите лежащую прямо посередине, сломленную сосну (о, нет! Не вашу! Ваша — настолько огромная, что простоит еще не одну сотню лет) — вы на мгновение замираете, проводя в уме быстрое расследование, и оказываетесь перед выбором: дерево, беспомощно лежащее в вашем заповедном мире — это просто дерево, прогнувшееся под тяжестью скованного морозом снега и сломавшееся из-за небольшого, лишнего для таких условий наклона, или это дерево, принявшее на себя какой-то таинственный удар, быть может предназначавшийся вам, и тем самым предупреждающее вас об опасности (так иногда неожиданно заболевают наши любимые животные, принимая на себя пущенную в нас стрелу злобы).

Вы имеете право сделать любой выбор, потому что это может быть и то, и другое одновременно. Если вы опасаетесь смеха вашего друга-материалиста, пусть это будет просто тяжелый снег. А если вы хотите идти свой путь вместе с этим миром — вы поймете, что в нем есть странные сектора, где не существует привычных пространственных измерений и где по-другому течет время. А значит произошедшее на поляне, где живут и взаимодействуют с лесными и ваши энергии, может быть каким-то образом связано с вами, и может оказаться на мгновение вышедшим на поверхность этого мира, глубинным процессом, который вы могли и не увидеть, но теперь можете попытаться прочитать. Конечно, есть опасность придумать, преувеличить, исказить. Но если вслушаться, сопоставить и понаблюдать дальше — возможно какое-то событие уже не застанет вас врасплох. А снег никуда не денется (физические законы отменять не будем), он просто явится механизмом, приводящим приговор в исполнение. Мы с вами дерзаем пересмотреть только причины, а значит и место события в нашей жизни. Но у нас всегда остается право увидеть просто упавшее дерево…

Найдем еще один пример, который может трактоваться с двух сторон, после чего этот принцип и путь размышлений может быть взят на вооружение теми, кто видит в этом смысл для себя.

Вы всю свою сознательную жизнь пытаетесь воспитывать в себе чуткость восприятия тонких процессов бытия, чтобы жить осмысленно и полезно для мироздания. Вы читаете волшебные книги, всматриваетесь в звезды, мечтаете о путешествии в священные горы и летаете во сне. Но вы не жаждете чудес, дабы не превратить их в развлечение. Вы терпеливы в своем совершенствовании и прохождении вашего серого дня труда. Но иногда, совсем не часто, вы вдруг отчаянно захотите маленького чуда — просто от усталости и обыкновенности окружающего мира, от незаметности достижений и сомнения (всего на мгновение) в вашей нужности. Вы подумаете, что это маленькое и безобидное чудо не нарушит гармонии мира, а для вас станет настоящей поддержкой на трудном пути духа. Да, вы помните притчу о том, как ученик потребовал от Учителя чуда, после демонстрации которого Учитель отказался от ученика. Но ведь вы не требуете чуда от Учителя, вы просите его у пространства — просто, чтобы понять, что вы на верном пути.

И вот вы лежите в темной комнате, зная, хотя и не видя, что недалеко от вас стоит дорогое вашему сердцу Изображение. Как вам хотелось бы, чтоб оно на мгновение осветилось нездешним Светом, как страницы священной книги у Сергия Радонежского, когда ветром задуло свечу… Вы знаете о физических законах, которые не могут быть нарушены в этом мире. Но вы знаете также и то, что каждый год на крышке Гроба Господня зажигается Нерукотворный Огонь, как бы нарушая эти законы, а на самом деле просто расширяя диапазон их действия. Вы хотите испытать вашу веру в законы, но оставить веру в чудо. Вы и жаждете, и боитесь, что это случится, потому что это изменит или вашу жизнь, или хотя бы ваш взгляд на самого себя.

И чудо происходит, оставляя незыблемыми законы. В момент, когда вы подумали об этом (а это в мыслях произошло мгновенно), в комнату тихо зашел ваш друг и, в заботе о вашем сне, зажег не свет, а фонарик. Луч от фонарика осветил изображение именно в тот момент, когда вы были готовы мысленно произнести вашу просьбу — Лик вспыхнул здешним, но таким мистически-неожиданным светом, что вы чуть не вскрикнули…

Какова вероятность такого совпадения? Ничтожная. А какова вероятность фразы «А может быть настанет время, когда люди полетят без всяких приспособлений — одной голой мыслью…» услышанной во время просмотра давно откладываемого фильма, случайно, в качестве отдохновения от написания размышлений, последней строчкой в которых была фраза о полете мыслью? Было ли это все случайностью или знаком? И то, и другое. Вы поняли, что жизнь или Учитель, или случай, или шутник из параллельного мира, видящий ваши мысли, показали вам, что можно выпросить что угодно у этого богатого на сюрпризы пространства. Но стоит ли ради этого прерывать свой терпеливый путь настоящего завоевания своего потенциала? Стоит ли сомневаться в Красоте мироздания, если оно не демонстрирует это нам в удобной для нас форме?

Есть люди, которым совершенно не нужно объяснять то, что я пытаюсь здесь объяснять. Это те, кто полностью смотрит на мир в одном из двух режимов. Назовем их условно материалисты и мистики (хотя совершенно несправедливо будет ни то, ни другое определение).

Материалисты всего рассказанного не увидят и будут правы: мир, обусловленный физичекими законами существует, является самодостаточным и не нуждается в Высшем обосновании. Даже если Высшее существует, он этого никогда не узнает и будет прекрасно существовать в известных ему рамках видимой материи по действующим внутри этого мира физическим законам.

Мистики в таких объяснениях не нуждаются потому, что для них это все — искусственные, тяжеловесные и застывшие объяснения, скорее всего, далекие от того, что они знают про свою реальность, обусловленную Высшим Разумом и дающую им неисчерпаемые силы всепринятия и абсолютного послушания.

Дадим небольшое слово науке.

«…необходимо учитывать влияние сознания на результаты эксперимента. Здесь возникает своеобразная ситуация. Если реализовалось какое-то маловероятное событие («чудо»), то «скептик будет иметь возможность сомневаться, даже оказавшись вместе с “чудотворцем” в том эвереттовском мире, в котором маловероятное событие реализовалось. Но мало того. Сам “неверующий” предпочтёт оказаться в таком мире, в котором “чуда” не произойдет. Потому для скептика вероятность, что он увидит осуществление маловероятного события, остается малой. Итак, если принять предположение, что сознание может модифицировать вероятности альтернатив, ситуация оказывается очень странной. Те, кто верит в это предположение, с заметной вероятностью будут иметь возможность убедиться, что оно верно, т.е. что сознание действительно влияет на вероятности событий. Те, кто не хочет в это верить, с большой вероятностью будут убеждаться, что этого не происходит. Скептики окажутся в таких эвереттовских мирах, где безраздельно господствуют обычные физические законы, объективные и не зависящие от сознания. Зато те, кто предпочитает верить в “чудеса”, творимые сознанием, окажутся в таких мирах, где такие “вероятностные чудеса” действительно происходят…» (Б.Н. Менский, «Концепция сознания в контексте квантовой механики»).

Но если вы, как тот наш давний симпатичный знакомец, который пытается решить задачу, как одновременно и с пользой для себя съесть оба стога сена, стоящих по разные стороны — пытаетесь увидеть красоту высшей закономерности и при этом оставить за собой право на творчество и эксперимент — вам придется учиться видеть ближний и дальний планы, одну причину и разные следствия — для вас и для мира, одно следствие совершенно разных причин, одно явление, которое для вас будет нахождением смысла жизни, а для вашего друга — голливудским сериалом: вам придется учиться видеть. И когда однажды вы придете в кинотеатр, и вместе со стадом таких же, как вы, милых баранов, наденете очки и будете смотреть объемный, беспрецедентно дорогой, заказной фильм про американскую экспансию и синих человечков далекой планеты Пандоры -вы поймете, что старый мир закончился. Вы увидите и услышите невероятно четкий знак наступления Новой Эры, про которую вы так много читали, которую так неистово ждали, но которая казалась вам недосягаемой и достаточной уже одним своим теоретическим существованием — настолько она была прекрасна и желанна — Эра торжества Любви и единения с Природой, Эра Красоты и Культуры, Эра победы Света… Сколько еще таких ненормальных, как вы, выйдет обновленными из этих кинотеатров? Это будут только те, кто научился видеть знаки, и кто научился встраивать спираль своей жизни в Космический вихревой танец, который сопровождает Музыка Сфер…

А строй марширующих реалистов будет продолжать свой путь во времени и пространстве. Они будут видеть наш танец краем глаза, но не замедлят шага. И только улыбка, добрая и снисходительная (это их эволюционная задача), тронет их губы. Кто придет первым? Оставим этот вопрос открытым. Если только у него есть ответ. И если вообще есть вопрос…